Дискуссия на симпозиуме «Создавая будущее» на тему «Эволюция мозга» будет посвящена тому, как наше технологическое развитие будет менять наш мозг, как мы можем бороться с разными проблемами, связанными с мозгом. Об этом в беседе с корреспондентом Новости Армении – NEWS.am заявил главный редактор портала «Neuronovosti.ru» Алексей Паевский.

В рамках дискуссии мы попробуем поговорить о степени воздействия на мозг, что мы сейчас уже можем делать с мозгом, и как изменится наш мозг, здоровье мозга, сможем ли мы победить нейродегенративные и психические заболевания и так далее. Это некий взгляд в будущее, исходя из того, что есть сейчас.

С насколько древним мозгом мы можем сравнить мозг современного человека, чтобы говорить об эволюции?

Мы не говорим про эволюцию, мы говорим про технический прогресс. У нас нет в руках мозга древнего человека. Единственное с чем имеют дело ученые, если мы говорим даже про неандертальцев, это эндокран – внутренняя полость черепа, в которой располагается мозг. Конечно, мы можем говорить об объемах мозга, но объем нам не скажет вообще ничего, потому что, например, если будем говорить про современного человека, то мозг нормального человека может отличаться по объему и весу в два раза, и на интеллекте это не сказывается. Поэтому мы не очень много можем говорить об эволюции мозга в том смысле, что у нас нет образцов.

Другое дело, что иногда мы можем какие-то вещи обсуждать исходя из генов, из генетики.

Не так давно Нобелевскую премию по физиологии и медицине получил финский исследователь Сванте Паабо, который впервые смог расшифровать геном неандертальца, и сейчас мы понимаем, что наши некоторые проблемы с мозгом связаны именно с тем, что к нам попала часть генов неандертальцев. Некоторые специалисты связывают с этим шизофрению и так далее. Но мы на самом деле до сих пор не очень хорошо понимаем, что в нашем мозге делает нас людьми, а не животными. Где искать наши преимущества, нашу эволюцию? Вопросов гораздо больше, чем ответов.

Какие технологии могут изменить поведение человека в будущем?

Одна технология – это интерфейс, мозг и компьютер. Это то, про что шумит Илон Маск. Это способность отдавать некоторые команды без участия нервов и мышц, силой мысли.

В головном мозге есть участки мозга, при помощи которых мы управляем движениями. Мы можем вставить туда электроды, и мы можем, считывая активность этой коры, как-то пытаться вычислить какие-то элементы движений и потом передавать все на протез или пытаться набирать текст.

Такие вещи есть, они находятся в самом начальном состоянии, есть очень много технологических проблем, которые нужно решить.

Есть и другая вещь, которая связана со стимуляцией мозга слабым током. Эти стимуляции иногда пытаются использовать для улучшения работы мозга, улучшения памяти, улучшения внимания, но чаще это используется для борьбы с какими-то проблемами - депрессией, психическими заболеваниями.

Плюс сейчас перед нами стоит огромный вызов, который действительно должен изменить жизнь пожилых людей.

Люди старше 80-и лет очень сильно подвержены тому, что называется нейродегенеративные заболевания. Чаще всего говорят про болезнь Альцгеймера.

Мы пока что вообще не знаем, что с ней делать. До сих пор до конца непонятно, что ее запускает. Это один из самых главных вызов, который стоит сейчас перед человечеством, чтобы радикально изменить жизнь пожилых.

Можно ли улучшить работу мозга?

У меня есть лекция, как прокачать или улучшить работу мозга. В ней мы разбираем возможности разных устройств, которые помогают нам в этом. Есть много способов сделать наш мозг лучше.

Самый простой способ – здоровый и продолжительный сон. Это самый главный залог здорового и хорошо работающего мозга. Во время сна мозг не отдыхает, а занимается другими вещами, запоминает и забывает, проводит собственную очистку.

Второе – это упражнения, тренировки мозга, запоминание. Очень помогает мозгу умеренная физическая активность. То же самое касается работы мелкой моторики. Это важно для профилактики Альцгеймера, деменции.

Музыка – это вообще отдельная тема. Музыка очень сильно помогает нашему мозгу, она увеличивает связь между слуховой и моторной корой, улучшает когнитивное свойство. Слушать музыку тоже помогает, но играть помогает эффективнее.

Можно ли прожить без мозга?

Не так давно мы выяснили, что наш мозг потрясающе пластичен. Чем мы моложе, тем он пластичнее.

Если ребенку по каким-то медицинским показателям удаляют целое полушарие и операция проходит успешно, то такой ребенок не просто выживает, но и развивается как абсолютно нормальный человек. Он растет как будто бы у него мозг целый. То есть одно полушарие берет на себя функцию другого. Такое бывает и со взрослыми.

У нас самый радикальный случай, который есть, – это пациент, который пришел в возрасте 50 с лишним лет. У него от коры осталось около 10%. Тем не менее, он этого не заметил, потому что 10% коры потихонечку взяли функции всего остального.

Понятно, что если разом это все удалить, то такого не будет, но постепенно мозг может перестроиться.

Бывают люди без мозжечка, который нужен для нормальной координации движения.

Без какой-то части мозга мы жить можем, особенно если речь идет о коре. Мозг может перестроиться, но происходит это медленно. Благодаря этому даже взрослые люди восстанавливаются после инсульта, могут начать ходить и говорить и так далее.

Нервные клетки не восстанавливаются? Мозг работает всего на 10%?

Второе вообще непонятно. Что имеется в виду? Это значит, что работают 10% клеток. В каждый момент в мозгу работает только определенные нервные клетки.

Все мы видели, что происходит, когда работает весь мозг сразу. Это называется эпилепсией. То же самое происходит при приеме тяжелых наркотиков.

Наш мозг всегда работает на ту мощность, которая нам нужна, но его нужно тренировать. Если же говорить про «нервные клетки не восстанавливаются», то, правда то, что действительно клетки не делятся. Они слишком специализированы, слишком дифференцированы.

Но к этому есть два дополнения.

Во-первых, в мозге даже взрослого человека с болезнью Альцгеймера новые нейроны все равно рождаются.

Есть зоны, где они рождаются. Это гиппокамп, где формируется воспоминания. Кроме того, это границы желудочков, это обонятельная луковица. Там новые нервные клетки образуются постоянно и могут дальше эмигрировать в другие участки мозга.

Во-вторых, в мозге важно не количество нейронов, а их связанность другом с другом.

И есть третья вещь. У нас в мозге есть 86 млрд. нейронов и примерно столько же не нейрональных клеток и среди них есть клетки, которые называются астроциты. Судя по всему, они играют не меньшую роль в нашем мышлении, сознании и передаче неравных импульсов, чем сами нейроны, а вот они как раз образуются новые. То есть мы можем восстанавливать связи между нервными клетками. 

Нужно ли приближать работу нейросетей к работе мозга?

Во-первых, для этого нам нужно до конца понять, как мозг работает. Так совпало, что первая цельная картина того, как работает наш мозг, появилась в 1950-х годах, когда появился первый компьютер. И тогда возникла мысль: «А мы сейчас на компьютере воспроизведем мозг».

Так появилась первая нейросеть. Сейчас нейросеть или искусственный интеллект – это вообще отдельная отрасль математики, вычислительной техники, и она уже развивается по своим законам. Иногда люди пытаются построить сети, исходя из современных знаний построения мозга.

И бояться искусственного интеллекта не нужно, потому что мы пока не очень хорошо можем воспроизвести полную работу мозга, так как у нас еще очень мало про это понимание.

Искусственный интеллект может помочь облегчить процесс понимания в некоторых вещах, но думать должен все равно человек и понимать должен человек.

В этом году аж две Нобелевские премии по физике были присуждены разработчикам искусственного интеллекта. Мы можем не понимать, что значит тот или иной сигнал, который мы считываем с мозга, но при этом при помощи нейросети мы можем использовать эти сигналы для управления протезами. Помочь в работе с большими данными нейросеть может, но думать должен человек, а не нейросеть, которая думать не умеет.

С чем связаны проблемы популяризации науки?

Проблемы в этой сфере бывают разные, начиная с того, что нам приходилось объяснять ученым, зачем нам это делать.

Но сейчас этой проблемы в России нет, сейчас молодежь уже идет в науку, и сейчас нам больше нужно рассказывать о том, что из себя представляет наука.

Главная проблема – это понять свою аудиторию, на кого ты работаешь, а работать нужно на все аудитории – от детей детского сада до академиков. Последним нужно знать, что происходит вне их области, и ученые с огромным удовольствием просят прочитать научно-популярную лекцию не по теме мероприятия, просто потому что это интересно.

Сейчас люди часто приходят в эту сферу с желанием придумать новый уникальный формат, а в гонке за форматами часто теряется суть. Затем зачастую получается, что остается только вторая часть «научного-популярного». Поэтому важен баланс.

Зачем ученым заниматься популяризацией науки? 

Ученые делают науку не за свои деньги, а за деньги общества. Мы получаем зарплату из бюджета и занимаемся удовлетворением своего любопытности.

Поэтому хотя бы в виде благодарности за то, что нам позволяют это делать, нужно рассказывать, что мы сделали, чтобы нам продолжали отдавать.

Это важно, чтобы люди не говорили «Зачем эта наука?».

Кроме того, ученому всегда нужен приток молодой крови, и это позволяет привлечь молодежь. Среди ученых всегда есть конкуренция за кадры, и у медийных людей больше шансов привлечь к себе кадры. Этот фактор повышает конкурентоспособность также при получении тех или иных грантов.

Интервью состоялось в рамках симпозиума «Создавая будущее», проходящего в Москве 4-6 ноября. Агентство Новости Армении- NEWS.am является информационным спонсором симпозиума.