7 декабря 1988 года пластический хирург Артавазд Саакян и его команда были в операционной медицинского центра имени Микаэляна. На операционном столе был мужчина родом из Греции, которому требовалась довольно сложная операция – пересадка кожи в области промежности.

Вскоре после начала операции все здание вдруг начало трясти – казалось, что оно вот-вот развалится. Анестезиолог – женщина родом из Туркмении – в панике залезла под стол. Остальные специалисты испуганно переглянулись. Это было начало землетрясения, которое в дальнейшем назвали Спитакским.

Первое, что приходит на ум любому человеку во время землетрясения, - выбежать из здания. Именно об этом, скорее всего, подумали в тот момент и врачи. Однако пациент бы погиб, если бы его бросили в операционной, не завершив начатую операцию.

«Я руководил командой, и я принял решение остаться и продолжить операцию», - рассказал журналистам Артавазд Саакян.

Обычно такая пересадка длится несколько часов. В тот день, однако, операцию провели с невероятной скоростью – всего за 40 минут. Завершив ее, врачи позвонили в отделение реанимации и интенсивной терапии, чтобы позвать санитаров, которые должны были помочь перевезти пациента. Однако там никого не оказалось – все – и пациенты, и медперсонал – вышли в панике на улицу, в отделении же остался только дежурный реаниматолог с 8 пациентами, которые не могли покинуть здание. К ним и перевели только что прооперированного пациента.

Говорили, что землетрясение может повториться, а потому никто не возвращался в здание, а тех, кто оставался в нем, начали эвакуировать.

Как рассказал доктор Саакян, в 17:00 к ним пришел первый пострадавший – водитель с раненой рукой, который сообщил, что города Гюмри больше нет – землетрясение сравняло его с землей. Никто ему не поверил. Однако примерно через час пошел массовый поток раненых, которым врачи еле успевали оказывать помощь.

«Начался настоящий кошмар, - вспоминает теперь пластический хирург. – 2 дня и 2 ночи мы работали одни. Потом на помощь к нам пришли коллеги из Грузии на 2 каретах скорой помощи, а после уже подоспели коллеги из России и Великобритании, которые работали рядом с нами на протяжении всего времени».

Сначала специалисты пытались спасать конечности пострадавших, однако не всегда это возможно: если конечность остается под чем-то тяжелым, например, под обломками во время землетрясения, дольше 5-6 часов, у пациента после восстановления кровоснабжения конечности может развиться так называемый краш-синдром – синдром длительного сдавления, при котором токсины из мертвых тканей, попадая кровоток, вызывают почечную недостаточность и смерть пациента. Чтобы спасти жизни пострадавших, врачам нередко приходилось ампутировать конечности.

P.S.

Во время Спитакского землетрясения в Армении погибли несколько десятков тысяч людей, несколько сотен тысяч остались без крова.

Мужчина, которого Артавазд Саакян и его коллеги оперировали во время Спитакского землетрясения, сейчас жив, здоров и живет в Сочи.