Всем известно, что такое рак молочной железы, но мало кто знает, что такое метастазы. Рак молочной железы с метастазами имеет даже свой день – 13 октября.

Метастазы могут быть компонентом каждого рака. Метастазы – это когда раковые клетки сбегают с места самой опухоли и путешествуют по всему кровотоку, приклеиваясь к важному органу. Когда это случается, в основном, рак становится неизлечимым. Его также называют раком 4 степени.

Мои раковые клетки оставили молочные железы и путешествуют по моему кровотоку, приклеиваясь к моим костям, а позже и к моей печени. Означает ли это, что у меня рак печени? Означает ли, что у меня рак костей? Нет.

Если у вас рак, и рак присутствует в каком-либо органе, первое, что сделает хирург – возьмет образец с оригинального места опухоли. Затем сделает анализы, чтобы понять, какой это вид рака. Образцы моей опухоли были проанализированы дважды, и ответ был таков: это действительно рак молочной железы, который поразил сначала кости, затем печень. 

Это подтверждает, что рак молочной железы у меня в кровотоке, и каждый день пытается прилипнуть к какому-то другому органу.  Единственным оружием против этого была химиотерапия. Токсичная, ужасная, подтачивающая силы химиотерапия, пишет Норин Фрейзер в статье на сайте Fox News.

Никто не умирает от рака молочной железы, который остается в груди. Но многие люди умирают от метастаз. Но когда? Приблизительно 155,000 американцев сейчас живут с раком молочной железы с метастазами. Приблизительно 40,000 из них умрет в этом году. 

Метастазы возникают 10, и даже 15 лет спустя после диагноза рака молочной железы. Около 20-30% рака дают метастазы на ранней стадии, и только 6 – 10% показывают рак 4 степени при первом же диагнозе.

Мой фонд провел кропотливую работу, чтобы понять, в какую область вложить наши деньги, чтобы новые лекарства и лечения смогли превратить рак в хроническую болезнь, как диабет или СПИД. Я хочу увидеть, как рак станет управляемой болезнью, с которой можно жить, а не умирать от него. Нам нужны новые лекарства и методы лечения, которые  смогут обеспечить новый уровень жизни. Химия этого не дает.

Клиническое испытание 1-ой фазы, в котором я участвую - это лекарство, на которое мы все надеялись.  Это клиническое испытание фармацевтических компаний Pfizer и  Eli Lilly.  В моем случае это работает. У меня очень мало побочных эффектов, и препарат стабилизирует мою печень. Если это лекарство также будет  действовать при испытаниях через два года, оно будет доступно обществу. Это большой скачок, и такие скачки помогают исследователям находить лекарства для других видов рака.

Вот почему исследование так много значит.

Норин Фрейзер живет с раком 4 степени с метастазами. Она – основатель и главный исполнительный директор Фонда Норин Фрейзер, некоммерческой организации, финансирующей новейшие исследования в области женского рака.