В День смеха, NEWS.am Medicine предлагает курьезные истории от врача-ортопеда Акопа Ованнисяна.

Санитарка и ее соседка Вардуш

Еще будучи студентом Акоп Ованнисян как-то был на ночном дежурстве в  Восьмой больнице. Было это году в 1990-ом. «Были я, мой друг и одна медсестра. Кто-то принес канистру вина. Сидим, пьем. Хорошо пьем. Вдруг Скорая приехала, привезли труп. Пожилая женщина скончалась от автомобильного наезда, личность неизвестна, документов нет. Мы заявили в полицию, поставили каталку под стенкой в приемной. Пьем дальше, - рассказывает врач и тут же добавляет. - Не кощунство это. Дежурные люди, пьем».

В какой-то момент привезли молодого парня со сломанным носом. «Направили его в челюстно-лицевую, продолжаем пить», - рассказывает дальше Акоп Ованисян. Пришли люди из Прокуратуры, зарегистрировали случай, ушли.

«Через какое-то время приходит… Во всех больницах бывает одна такая санитарка: черная, страшная, хромая, но воображает, что самая крутая. И вот пришла эта санитарка, увидела мертвую женщину и как вскрикнет: «Это же наша соседка Вардуш!». Говорим, точно, не ошибаешься? Нет, говорит, ее пальто, ее сумка, точно она». Договорились, что санитарка позвонит своему мужу, тот пойдет домой к соседям и попытается в деликатной форме рассказать членам семьи, что Вардуш попала под машину и умерла. Так и сделали. Через какое-то время муж санитарки позвонил обратно, и минут 15 в трубке раздавался махровый мат. Оказывается он пошел к соседям, а Вардуш сидит дома, жива здорова!

Низкие двери операционной

Как-то Луис Симон Манукян после приобретения Института проктологии вместе с его тогдашним директором Гагиком Стамболцяном делала обход в здании, чтобы понять, что надо отремонтировать и модернизировать. «Она грузила Стамболцяна заданиями, а я в это время был в операционной. А двери операционных были низкие, и когда я выходил, я естественно согнулся», - рассказывает врач, рост которого, по его образному выражению, составляет без пяти два. Луис Манукян посмотрела на Акопа Ованнисяна, затем на Гагика Стамболцяна: «Гагик, все эти двери надо поменять». А Стамболцян потом уже все приговаривал: «Ну, зачем ты в этот момент вышел?».